«Господи, пошли сюда большевиков»

Дата публикации: 20.02.2018 - 10:35
Просмотров - 410

«История осудит не нас, оставшихся на Родине и честно исполнивших свой долг, а тех, кто препятствовал этому, забыл интересы своей страны и заискивал перед иностранцами, явными противниками России и в прошлом, и в будущем».

        М.Д. Бонч-Бруевич

 

2018 год проходит под знаком огромного количества юбилейных дат со знаком «100».

Сто лет назад была создана Красная армия, наследницей которой стала армия России и в честь тех событий мы до сих пор 23 февраля отмечаем День защитника Отечества.

Сто лет назад началась гражданская война, которая унесла миллионы жизней и споры о которой не утихают до сих пор. Слишком часто, увы, в обсуждении тех событий и интерпретаций принимают участие люди в лучшем случае несведущие, в худшем – злонамеренно фальсифицирующие события столетней давности. За примерами ходить далеко не надо, стоит только посмотреть последние псевдоисторические сериалы, вроде «Троцкого» или «Демона революции».

Из-за таких конъюнктурных поделок и без того слабое знание истории своей страны для многих затуманивается ещё больше. И всё чаще приходит мысль, мол, та страшная страна, которой правили столь страшные люди, неминуемо должна была погибнуть. Честно говоря, совершенно нет желания  препарировать эти творения. Но думаю, что не лишне вспомнить реальную историю России столетней давности. Ведь понимая прошлое, мы тем самым получаем возможность избежать повторения ошибок в настоящем и будущем.

 

В ПРЕДДВЕРИИ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ

Сегодня и с экранов телевидения, и тем более на различных интернет-площадках много говорят о «России, которую потеряли». И винят, в первую очередь, большевиков. То и дело читаешь или слышишь: «Царская Россия была на подъеме экономики и социальной сферы»!

Хруст французских булок перемежается с буколическими картинками из жизни нарядного и богатого крестьянства. Отцы от купечества заботятся о своих мальчиках на побегушках похлеще родных матерей, священники и народ в едином порыве беспристанно молятся о здоровье и благоденствии царской семьи, а в армии брутальные и харизматичные гусары с непринуждённой элегантностью рукою полною перстней и кудри нежных дев ласкали, и гривы пышные коней.  

Правда, современники бы поспорили с такими идиллическими картинками. Они-то оставили воспоминания о другой России. Даже не буду советовать заглянуть в книги «красных» писателей, вроде Фёдора Гладкова или Петра Замойского, хотя кому как не крестьянским детям, на своей шкуре испытавшим все прелести батрацкой жизни и хозяйственной настойчивости кулаков, рассказывать о той жизни, которую они знали.

Достаточно вспомнить рассказы и повести дореволюционного издания Максима Горького и Владимира Короленко, Чехова и Гиляровского. О гражданской войне ярко и правдиво писал Алексей Толстой во второй книге трилогии «Хождение по мукам» - «1918», кстати, в то время писатель советскую власть не принял, и роман был создан в эмиграции. Как он писал: «Физически возненавидел большевиков», так что на достоверность образов и событий в романе можно полагаться, не опасаясь, что он был написан под давлением советской цензуры.

Не принял Советы и сын крестьянина писатель Иван Наживин, эмигрировавший из страны в 1920 году. А до этого он воевал в Добровольческой армии и именно там, глядя на безумный шабаш буржуазии и интеллигенции, которая буйно пировала, пока голодные и раздетые добровольцы защищали старую Россию, написал: «Глядя на эти сонмища негодяев, на этих разодетых барынь с бриллиантами, на этих вылощенных молодчиков, я чувствовал только одно, я молился: «Господи, пошли сюда большевиков, хоть на неделю, чтобы хотя среди ужасов чрезвычайки эти животные поняли, что они делают».

Антисоветские писатели, историки, военные оставили нам огромный багаж воспоминаний, дневников, исследований по горячим следам. И так как точка зрения красной профессуры на события той эпохи большинству из нас известна ещё со школьной скамьи, то имеет смысл более пристально вчитаться в документы белых. Они не меньше красных любили Россию и в своих книгах были честны.

И вот что характерно, в отличие от нынешних певцов буколической царской России, они, современники императора, служащие или военные, изнутри знающие ситуацию, писали совершенно иное.

 Барон фон Раупах в «Лике умирающего»:

«Массовый интеллигент-обыватель, составляющий тот слой pyccкoгo населения, которым определяется весь характер государственной жизни страны, не обладал элементарными качествами гражданина. Он не знал чувства патриотизма, не был способен к жертвенности, и только личные выгоды и интересы вызывали у нeгo энергию и пробуждали деятельность. Он был ужасающе беспринципен. Конечно, далеко не все бездельничали, брали взятки и потрафляли начальству, но терпели таких людей решительно все. Все мы жали им руки и никто не чуждался их общества. И неправда, что причиной этого попустительства были прославленное русское добродушие и незлобивость. Причина eгo лежала в общей беспринципности, в отсутствии нравственной брезгливости».

Словом, не до французских булок было россиянам сто лет назад. И это явственно проявилось после февральской, а затем и октябрьской революций.

 

КРАСНЫЕ И БЕЛЫЕ

Кстати, надо отметить, что полковник Раупах, следователь Чрезвычайной следственной комиссии, был тем самым офицером, который на свой страх и риск освободил из быховской тюрьмы прославленных генералов того времени: Корнилова, Деникина, Лукомского, Романовского, Эрдели, Маркова и других, которых арестовало Временное правительство. А затем они, так сказать, по наследству, вместе с тюремным имуществом перешли к новой большевистской власти. Неизвестно, что бы с ними сделали красные, да и гадать поздно, но факт – после освобождения генералы тут же ушли на юг России и создали Добровольческую армию, по сути начав гражданскую войну.

Первые годы советской власти прошли под знаком довольно большой интеллектуальной свободы. В то время сразу же по горячим следам публиковались книги, посвящённые различным моментам гражданской войны. Причём уровень исследований признавался более чем удовлетворительным даже предвзятыми историками-эмигрантами. В частности, Сергей Мельгунов, считающийся одним из главных исследователей истории гражданской войны, неоднократно упоминал об этом в своих книгах, в том числе его двухтомная «Трагедия Колчака» пестрит постоянными отсылками к монографиям советских специалистов.

К сожалению, позже политические бонзы от истории решили отойти от многополярности позиций и свели события той эпохи к единственной точке зрения. Быть может, это и имело смысл в те годы, всё же тогда на самом деле брат шёл на брата, и чтобы не напоминать об этом после завершения войны, картину упростили донельзя. Таким образом, и появился советский миф о том, что в армии белых воевали сплошь монархисты-дворяне-офицеры, а в красной – сознательные большевики из рабочих и крестьян.  

Между тем, реальное положение дел было совершенно иным.

 

Дворяне в РККА

В Красной армии служило 75 тысяч бывших офицеров, в то время как в Белой – около 35 тысяч, и это из 150-тысячного корпуса офицеров Российской империи! На флоте и вовсе из 8060 офицеров, имевшихся по штату в императорском флоте, 6559 поступили на службу к красным.  

Среди высших офицеров Красной армии значительная часть из дворян.

Например, один из них – Михаил Дмитриевич Бонч-Бруевич, генерал-лейтенант императорской армии, дворянин, и был тем офицером, который, по сути, создал Красную армию. Именно он, а не Троцкий организовал оборону страны от германской армии 22 февраля 1918 года. Кстати, про второго весьма ехидно писал фон Раупах: «Деятельность главнокомандующего Троцкоrо, им же разрекламированная, сводилась к принятию схем, разработанных старым генеральным штабом, произнесению речей и разъезда по фронту в комфортабельных поездках».

 Царский полковник Сергей Каменев стал первым главнокомандующим всеми Вооруженными силами Советской Республики. Начальник Полевого штаба Красной армии – Павел Павлович Лебедев, потомственный дворянин, генерал-майор императорской армии.

А, к примеру, один из главных военачальников белой армии Антон Деникин – внук простого крестьянина.

Так что сословность в армиях была очень и очень относительная.

Первоначально и красная, и белая армии формировались на основании добровольчества. Однако вскоре в обоих формированиях поняли – это не путь, добровольцев почти нет.

Генерал Корнилов, некогда командующий многомиллионной армией, остался с отрядом в три-четыре тысячи человек. Из 15 тысяч офицеров Одессы – к белым не ушёл ни один!

 

Армия без штанов

«Не было вооружения, боевых припасов, не было обоза, кухонь, теплых вещей, сапог. Офицеры несли службу рядовых в условиях крайней материальной необеспеченности. В донских войсковых складах хранились, правда, огромные запасы, но получить их оттуда иначе как путем кражи или подкупа было совершенно невозможно. От богатейшей ростовской плутократии и буржуазии с трудом удалось получить два миллиона рублей. Денежная Москва ограничилась обещанием отдать «Bcё» для спасения родины. Это «Bcё» выpaзилось в сумме около восьмиста тысяч рублей.

Трудно было и с артиллерией. Два орудия удалось раздобыть от комитета для отдания почестей на похоронах. Одну батарею купил за пять тысяч рублей полковник Симановский, догадавшийся споить вернувшихся с фронта казаков-артиллеристов», - пишет Раупах.

Вот и вся царская Россия – одни пропивают дикие деньги и надеются на то, что армия их спасёт, другие, голодные и раздетые, в окопах.

У Сергея Мельгунова в «Трагедии Колчака» приводится такая история. Главковерх едет на очередной объезд армии, а генерал Сукин выводит почётный караул для встречи верховного правителя без штанов… Именно в таком виде пребывала в то время белая армия Колчака.

Кстати, о нецелевом расходовании средств, как сейчас бы сказали, писали, пожалуй, все белые. По крайней мере, мне ещё не встречались воспоминания, в которых бы эта тема была обойдена стороной.

«Часть этих дивизий (Третьей армии Колчака – прим. ред.) не насчитывает и 500 штыков, но при всех неукоснительно состоят обозы по 3 - 4 тысячи повозок и при 6-8 тысячах нестроевых. Подъезжая к Лебежьей, видели вереницы этих обозов, отходивших на восток; на повозках бабы, дети, масса домашнего скарба; масса тарантасов с дамами и детьми. Все это тщательно вывезено, а артиллерия, пулеметы и средства связи потеряны», - пишет Будберг.

Был и вовсе анекдотичный случай, в который сложно поверить, но об этой истории также вспоминает не один белый офицер.

Английский генерал Нокс отказывался передавать обмундирование войскам Колчака именно потому, что боялся – разграбят. В конечном итоге всё же пошёл на уступки и полностью одел и вооружил корпус генерала Каппеля, после чего военное формирование в полном составе перешло на сторону красных, а язвительный Троцкий отправил Ноксу благодарственную телеграмму за доставленное красным превосходное вооружение. После чего к Ноксу намертво прикрепилось прозвище «красный интендант».

Сегодня много говорят о красном терроре и зверствах большевиков, забывая о терроре белом и бесчинствах, которые творили военные Деникина, Врангеля, Юденича, Колчака.

19 ноября 1919 года командование чехословацкими войсками представило союзникам меморандум, в котором писало: «Heвыносимое состояние, в котором находится наша армия, вынуждает нас обратиться к союзным державам с просьбой о совете. Охраняя железную дорогу и поддерживая в стране порядок, войска наши вынуждены поддерживать то состояние полного произвола и беззакония, которое здесь воцарилось. Под защитою чехословацких штыков местные русские власти позволяют себе действия, перед которыми ужаснется весь цивилизованный мир. Выжигание деревень, избиение мирных граждан целыми сотнями, расстрел без суда представителей демократии по простому подозрению в политической неблагонадежности составляют обычное явление».

Теперь более понятен призыв Ивана Наживина: «Господи, пошли сюда большевиков!»

Начав с добровольных армий, впоследствии и красные, и белые перешли на принцип всеобщей воинской повинности. Однако, как показала практика, у большевиков получилось более успешно. А связано, в первую очередь, это было с введением жёсткой дисциплины. За разбои, грабежи, обиды мирного населения виновные строго наказывались. Тогда как у белых продолжалась политика полного произвола.  

Приводят в воспоминаниях и историю о перебежавшем со стороны красных полковнике Кателине. Когда он попал к Кочаку, увидел, что происходит вокруг, то с горечью заметил, «что в советских армиях много больше порядка и дисциплины и что там пьяный офицер - явление невозможное, ибо eгo сейчас же застрелит любой комиссар».

Так что не красная пропаганда говорила о том, почему победили большевики.

А сама жизнь свидетельствовала, кто выбрал более верный путь в том послереволюционном хаосе. И лучшим подтверждением тому служат слова белых офицеров. Бесчинства шаек атаманов, разбойные вылазки Добровольческой армии, издевательства над мирным населением работали на большевиков гораздо успешнее проповедей Ленина и Троцкоrо.

Когда фон Раупах исследовал в своей книге причины поражения белых, он указывал и на все вышеперечисленные моменты. Но ключевым, на мой взгляд, является следующее утверждение:

«Чего хотели красные, когда они шли воевать?

Они хотели победить белых и, окрепнув на этой победе, создать из нее фундамент для арочного строительства своей коммунистической государственности.

Чего хотели белые?

Они хотели победить красных. А потом? Потом   ничего, ибо только государственные младенцы могли не понимать, что силы, поддерживавшие здание старой государственности, уничтожены до основания, и что возможностей восстановить эти силы не имелось никаких.

Победа для красных была средством, для белых - целью, и притом  единственной, а потому и можно совершенно безошибочно ответить на вопрос, что было бы, если бы они эту победу одержали.

В стране появились бы бесчисленные организации, борющиеся между собой за кандидатов на престол, за Советы без большевиков, за Учредительное собрание и демократический режим и еще за многое другое. Хозяйничали бы всякие разные батьки Махно, атаманы Семеновы, Петлюры и просто разбойничьи банды. Все это, прикрываясь высокими лозунгами, гpабило бы население, разрушало бы города, сметало бы артиллерийским огнём целые деревни, насиловало бы женщин, распространяло бы сыпной тиф и внесло бы невероятную разруху. И страна представляла бы небывалую по эффекту и ужасу картину смерти нации».

Конечно, и среди белых отнюдь не все были кокаинистами-грабителями, и среди красных воевали отнюдь не ангелы. В обеих армиях были и подонки, в обеих – служили честные люди, искренне любящие свою родину.

Мне жаль, что Будберг и Раупах, Деникин и Колчак оказались по ту сторону революционной границы. Что жизнь они свою закончили не в любимой России, а на чужбине. Но это не значит признать их правоту. Напротив, время показало – правда была за красными. Они поняли чаяния народа, они смогли построить новое, крепкое государство, которое выдержало испытание Второй мировой войной. И победило в этой войне. Может ли быть более веское доказательство?

Но чтобы не допустить повторного кошмара гражданской войны, развала страны, мы должны помнить о событиях столетней давности. Ведь и сегодня порой жизнь ставит нас перед выбором, который стоял и в 1917 году. Что важнее – честь или мошна? Насколько можно верить в доброжелательную и бескорыстную поддержку западных стран? Стоит ли забыть о долге и совести в угоду корыстным интересам?

Валентина КОРЗУНОВА

«ЧР» № 13 от 20 февраля 2018г.

 

Новости по теме: