Без природы жизни нет. Так говорят школьники и идут убирать мусор

Дата публикации: 22.05.2018 - 10:23
Просмотров - 433

Весна – традиционное время всевозможных благоустроительных субботников, воскресников и прочих акций, направленных на уборку мусора, посадку деревьев, очистку берегов рек.

В этом году впервые была объявлена всероссийская акция «Сделаем лес чище», к ней присоединились жители многих городов и сёл Хакасии. В начале мая учителя, школьники, сотрудники  Усть-бюрского лесничества и республиканского учреждения «Устьбирьлессервис» отправились убирать мусор на сопках вблизи села.

УЧИТЬ ПРИМЕРОМ

За многие годы работы в «Журналистском десанте», который в том числе занимался очисткой берегов рек и озёр, лесов и полян от мусора, я насмотрелась, какие горы хлама оставляют после себя туристы и местные жители. Тоннами мы собирали и вывозили отходы. Поэтому, когда наш маленький отряд журналистов и специалистов Минприроды РХ присоединился к акции устьбюрцев, первой реакцией было удивление – а что тут убирать? Вон какие чистые горы! Конечно, то там, то сям мелькают пакеты и бутылки в траве и лесу, но их немного.

- Мы часто с ребятами ходим чистить территорию, как месячник, так и отправляемся, - рассказывает учитель русского языка и литературы Усть-бюрской средней школы, классный руководитель 8 класса Елена Андреева. -  Сейчас, правда, ученикам запрещают очищать вдоль дорог, но посильную работу ребята делают.

На уборку сопок вблизи села пришли добровольцы из седьмых, восьмых, десятых классов школы. У девятиклассников суровая пора подготовки к экзаменам, поэтому их звать не стали. Впрочем, ответственное дело подготовки к ЕГЭ не удержало дома единственную ученицу 11 класса Диану Трунько.

- Я не первый год принимаю участие в  таких акциях, всё это совершенно добровольно, нас никто не заставляет, - поделилась мнением старшеклассница. - Но ведь я живу в Усть-Бюре, хочу, чтобы вокруг было чисто и красиво, поэтому и иду убирать за другими мусор. Уверена, что природу нужно содержать в чистоте, нам же здесь жить! После школы  хочу поступить в ХГУ на факультет журналистики, затем лет до 35 поработать в городе, а потом мечтаю вернуться назад в деревню. Здесь очень красиво и такой чистый воздух.

Как уже было сказано, довольно чисто и в лесу. Стоит отметить, что Усть-Бюрю повезло, он находится в стороне от любимых туристами маршрутов, поэтому, если и есть мусор, то его оставляют бескультурные сельчане. Но таких в деревне мало, основная часть жителей старается беречь природу и чистоту. Как отмечают местные, во многом культурное отношение к родному краю - результат воспитания с детства. Ведь почти все они с самых малых лет ходили в лес за грибами и ягодами, помогали лесникам сажать молоденькие сосенки, следили за тем, чтобы не было пожаров. И после таких живых уроков просто рука не поднимается бросить бутылки и пакеты на природе. Чтобы продолжить добрые традиции, школа поддерживает крепкую связь с лесниками.

- Нина Фёдоровна Васильева, биолог нашей школы, имеет тесную связь со специалистами лесничества, приглашает инспекторов на уроки, они с детьми  беседуют, - говорит Елена Андреева. - У нас кругом тайга, экологически чистая зона, и ребятам необходимы такие знания. О тайге, бережном отношении к ней, мы говорим не только на специальных встречах,  но и на обычных уроках. Ведь согласитесь, русская литература не существует без природы! Да и вообще, без природы и жизни-то нет. Без неё для чего все наши планы, наша жизнь?

Буквально за час работы ребята очистили от мусора порядка 20 гектаров лесостепной территории. Собранный хлам в мешках отправили на полигон. Но на этом помощь ребят природе не заканчивается. Скоро начнутся каникулы и многие из школьников пойдут в отряды лесовосстановителей. 

ТАЙГА СВОИМИ РУКАМИ

Усть-бюрские лесники рассказывают, что каждый год они высаживают деревья на сотне с лишним гектаров бывших вырубок или на место сгоревшего леса. А это, между прочим, порядка 280-300 тысяч саженцев! И часть трудоёмкой работы помогают выполнять школьники. Причём, в отличие от части других районов, в Усть-Бюре родители ребят отнюдь не против, чтобы дети потрудились на благо природы, а заодно подзаработали денег.

- В самый вегетативный период, когда лучше всего приживаются саженцы, весной, мы не можем привлекать школьников к работам, они же учатся, - говорит директор АУ РХ «Устьбирьлессервис» Андрей Васильев. - Летом, да, работают с нами. Участвуют в посадках. Порой автобусов не хватает. Работы оплачиваются, в день 700-800 рублей при выполнении плана. Но норма большая – на пару нужно посадить 3 тысячи деревьев. Один лунку готовит мечом Колесова, второй сажает и притаптывает землю. Саженцы маленькие, всего 10-15 сантиметров, так что труд это тяжёлый. Но зато потом вырастает лес.

Сегодня в лесопитомнике Усть-Бюря выращивают исключительно сосну. Как поясняют специалисты, в последние годы какая-то напасть настигла и кедр, и лиственницу. Кедр попросту погибает, в ветровал большое количество деревьев падает. Лиственница стоит нормально, но вот уже лет пять не даёт семян. В причинах разбираются учёные, но пока сложно сказать, в чём причина болезни деревьев – то ли в изменении климата, то ли в  ухудшении экологической обстановки, которая приводит к ослаблению и болезням деревьев.

Кстати, буквально на днях появилась информация о том, что Российский фонд фундаментальных исследований поддержал проект «Оценка состояния кедровых лесов республики Хакасия в месте локализации вспышки размножения вторичного стволового вредителя короеда шестизубчатого (на примере урочища Малый Абакан заповедника «Хакасский»)», автором которого являются сотрудники заповедника «Хакасский» под руководством заместителя директора по науке Виктории Шуркиной. Вполне возможно, что новые исследования дадут ответ на вопрос, что же происходит с кедром.

Но пока такой информации нет, лесники засеивают выгоревшие места и прежние вырубки сосной. Очередную партию молодых деревьев посадили буквально на днях.

Надо отметить, что саженцы не просто вкапывают в землю и оставляют на волю случая. Нет. Три года после посадок за ними тщательно ухаживают сотрудники «Устьбирьлессервиса».

- Поливаем химией, таким образом оберегаем от вредителей, - уточняет Андрей Васильев. - Обязательно пропалываем. Ведь если этого не делать, то трава забьёт саженец, и он погибнет от запревания. А вот когда деревья поднимутся, тогда уже можно и перестать заботиться. Конечно, процент приживаемости бывает разным, в зависимости от погоды, но в среднем процентов 70 растений принимаются. 

 

МЫ С ДЕТСТВА

ХОДИЛИ В ЛЕС

- Мне было десять лет, когда мы приехали жить в Усть-Бюрь в 1962 году, - рассказывает бывшая жительница села Галина Колдомова, - через пять лет перебрались в город. Но я до сих пор помню, какая тайга там была. черемша по колено, ягод, грибов очень много. День и ночь через посёлок ехали лесовозы, везли огромные стволы из леса. Длина деревьев была такой, что они волочились по земле. Мой дед после войны работал на болиндере, это что-то вроде конвейера, по которому лес подавался в железнодорожные вагоны. Но сначала хлысты распиливали на чурки на пилораме, так как привезённые из тайги они просто не помещались в стандартные вагоны.

Лет с тринадцати, вспоминает Галина Николаевна, их с одноклассниками стали отправлять в лес, на помощь работникам лесхоза. Школьники чистили тайгу от валежника, собирали сухие сучья и складировали в отведённых местах.

- Работа была тяжёлая, но в лесу нравилось, там было очень чисто, никакого мусора, туристы же тогда не ездили в тайгу, - продолжает рассказ Галина. – И хотя лесхоз был очень мощным, много машин и людей работало там, зверя было тоже много. Помню, мы видели маралов, которые приходили в тайге на лизуны, это места у ручьёв, где инспекторы разбрасывали большие куски соли. Очень много было медвежьих следов, и мы каждый раз задумывались, в какую сторону пойти, чтобы не столкнуться нос к носу с медведем.

Сегодня в Усть-Бюре добыча леса практически прекращена. Всё же лесхоз существовал с 1936 года, и за эти десятилетия почти вся деловая древесина была вырублена.

- По сути, лесодобычу ведут всего три посёлка: Усть-Бюрь, Ербинская и Чарков, ещё Сорск немного, - говорит Андрей Васильев. - И все вместе добывают не больше десяти тысяч кубов в год – это всё на дрова идёт. А ведь по другим лесничествам до сотни тысяч кубов доходит.

Однако прекращение лесодобычи отнюдь не означает и прекращения лесопосадок. Посадки ведутся уже не один десяток лет. Там, где восстановление леса прошло относительно давно, уже шумят высокие деревья, как результат – рост популяций редких животных. Охотинспекторы отмечают, что маралов, косуль, медведей стало больше, чем несколько лет назад.

- У нас в районе пять лесничеств, на каждом участке работает по леснику и помощнику, - рассказывает начальник отдела Усть-Бюрского лесничества Олег Шинко, - и людей для контроля за лесом  хватает. С чёрными лесорубами у нас проблем нет. В этом году было возбуждено всего два уголовных дела за вырубку шести кедров в отношении одного и того же гражданина.

В ближайшие полвека, а то и больше, усть-бюрская тайга может стоять спокойно. Ведь спелости сосна, лиственница достигают только к вековому рубежу, рубка разрешена, если дереву больше 101 года. А новые леса посажены не так уж и давно. Другое дело, что беречь лес надо – от пожаров, от болезней, от мусора.

Местные жители недоумевают, почему запрещён сбор валежника? Ведь некогда это было немалым подспорьем для хозяйства, топят-то печи в Усть-Бюре в основном дровами.

- Хорошо, что закон скоро разрешит вернуться к сбору веток, ведь так и лес станет чище, и нам польза, - говорит Елена Андреева. – Жаль, что столько лет этой возможности не было. Приехали бы с тележками, собрали бы все палочки. А тут зря пропадает, да ещё и здоровые деревья заражает. Мы с ребятами каждый год по осени ходим в поход. Если ветра нет, погода хорошая, то разводим костёр, печём картошку. В ветер, конечно, никакого костра. Такие выходы в лес лучше, чем десятки лекций, помогают научить подростков бережному отношению к тайге. Мы собираем сучья, и они видят, как чище становится в лесу, понимают, что гнильё - это не просто бесполезные сучья и стволы, а место, где собирается большое количество вредных насекомых, которые затем перебираются на живые, здоровые деревья и заражают их. На практике ученики видят, как опасен костёр и как правильно надо его разводить, как тушить. В кабинетах этому не научишь. 

Валентина КОРЗУНОВА,

фото автора,

«ЧР» №38 от 22 мая 2018г. 

Новости по теме: