Время собирать камни

Дата публикации: 26.11.2019 - 18:00
Просмотров - 237

 

Осужденная колонии-поселения № 31 Ирина Шевченко до событий пятилетней давности жила в Новосибирской области в небольшом поселке Сузун (это административный центр Сузунского района, который находится в 150 километрах от Новосибирска). Обычная благополучная семья: мама – сотрудник администрации, папа – начальник полиции, сестра. Окончив школу, как и многие, Ира собралась в областную столицу за высшим образованием. Родители отпустили ее с легким  сердцем: дочь росла умницей, радовала хорошей учебой, у нее есть голова на плечах. Тем более в путь-дорогу отправились вместе с парнем, так даже надежнее: он поступил на государственное муниципальное управление, Ира -  в аграрный университет на ландшафтного дизайнера, оба бесплатно – баллов, полученных на ЕГЭ, хватило.  Ребят связывали романтические отношения. Казалось, это начало счастливой взрослой жизни.

В полушаге от беды

Оторвавшись от отчего дома, молодые первым делом призадумались, как заработать денег – сидеть на шее у родителей не хотелось.

- Я хотела стать самостоятельнее, доказать, что не нужно меня опекать. Стала подрабатывать официанткой, промоутером в рекламном агентстве. Молодой человек тоже пытался найти работу, но ему все время  что-то мешало: в ночь не мог идти из-за высокого давления, в день – работа тяжелая. В общем, решил, что не хочет горбатиться на чужого дядю, а будет работать на себя, - вспоминает Ирина.

Потом у парня появились деньги. Откуда, не говорил: «Боюсь сглазить, сначала нужно раскрутиться». Ира не заподозрила ничего криминального, вертелась между институтом и работой. Однако спустя месяц-другой закрались сомнения – стала находить дома подозрительные свертки, у парня завелись большие деньги. Стала требовать объяснений, и тогда тот признался, что распространяет наркотики: закупается большими партиями и продает мелкими дозами.

- Мне всё детство твердили, что такое хорошо и что такое плохо, что нельзя позорить родителей, что зарабатывать можно только честным путем, а игры с законом закончатся  плачевно, поэтому я была в шоке после этого разговора, - вспоминает Ира. – А потом…Может, почувствовала вкус больших денег, может, просто смирилась… Стали ездить за границу, покупали только самое лучшее. Копили деньги на квартиру. Исполнялся любой мой каприз. Закружило так, что ощущение реальности исчезло. Казалось, всё теперь можно... Это длилось на протяжении года.

Учебу девушка бросила, рассудив, что теперь ей образование ни к чему. Дни проводила в бессмысленном хождении по магазинам и сопровождении парня в его «командировках».

 - Когда он говорил, что нужно съездить в такой-то район, ехала с ним за компанию. Я всегда была рядом, видела и знала, чем он занимается. Он убеждал меня, что последствий не будет,  ведь люди продают наркотики вагонами, тоннами, и никто их не ищет, не сажает.  А если что – он всё возьмет на себя… Родители были не в курсе, что происходит. Мы каждые выходные приезжали в гости с дорогими подарками, они, естественно, спрашивали, откуда такие деньги. Врали: «Работаем, подкопили»…

Удивительно, но вкус жизни скоро стал горьким: всё опостылело, ничего не хотелось. Исчезла цель, было непонятно, как дальше жить.

 

Игры закончились

 - Всё случилось в обычный день. Мы поехали за цветами сестре, чтобы поздравить ее с днем рождения. Я вышла с букетом из магазина, и вдруг… щелкнули наручники... – опустив глаза, вспоминает Ира. - Это было как гром среди ясного неба… Я сразу поняла, что игры закончились – время собирать камни... Сначала обещали подержать двое суток до выяснения обстоятельств, сотрудники говорили, что им нужен мой молодой человек,  а не я. Но потом следователь огорошил: «Тебе светит от 10 до 20.» - «Месяцев?» - переспросил мой парень. Оказалось, лет…

Сдали ребят их же друзья. Дома при обыске сотрудники наркоконтроля обнаружили готовый к расфасовке пакет наркотиков (химия, курительные смеси) весом 11 граммов – в данном случае особо крупный размер. 

 - Помню слова следователя: «А вы не смотрели в интернете, сколько за это дают?» Нет, у меня ни разу не возникло желания этим интересоваться, - честно говорит Ира.

Для её отца, много лет службы посвятившего тому, чтобы преступившие закон люди предстали перед судом, это было шоком. Девушка в отчаянии ждала первой встречи с ним после задержания. Через двое суток она увидела папу в коридоре здания суда…  Это был миг, полный отчаяния, горьких слез для него и для Иры.

 - Я боялась, что родители  могут от меня отказаться, но папа сразу сказал: «Мы будем рядом, все будет хорошо»,  что дало силы пережить эту ситуацию.

Начались следствие, суды, которые длились полтора года. Всё это время Ирина находилась в следственном изоляторе, работала в пекарне – труд тяжелый, но считается везением, потому что если круглые сутки находиться в замкнутом пространстве, в камере, где на 20-ти квадратных метрах ютятся десять человек каждый со своей трагедией, можно сойти с ума. И она видела, как люди сходили с ума.

 - Время от времени и на  накатывало, но потом возвращалась к хлебу, к тяжелым формам, к печке, и это меня спасало. С родными видеться давали редко, для меня это было самым тяжелым…- признается Ира. – Хотелось обнять маму, прижаться к папе… Через полгода дали свидание через стекло. Взяла трубку и разрыдалась… Я до сих пор помню слова родителей: «Держись, доча! Люди ошибаются. Не все живут по одному  сценарию. Наверное, тебе это для чего-то надо… Мы тебя очень любим и ждем». Потом я размышляла и поняла – действительно, мне не к чему было стремиться, исчез смысл жизни.  Когда у тебя чего-то нет, то ты ставишь себе цель и идешь к ней. А когда в руки всё идет само, перестаешь ценить и беречь.  Все задают вопрос: «Чего тебе не хватало?» Я сама не знаю, чего мне не хватало.

  - Пока шло следствие, появлялись новые эпизоды, люди якобы с нашими наркотиками, - продолжает девушка. - В итоге у меня 10 с половиной лет, у парня 12… Подавали апелляции, кассации, но всё осталось без изменений.  К тому времени мне уже исполнилось 18-ть. Если бы это случилось пораньше, наказание было бы мягче – лет 5, 7.

 

В отряде БС

Уже 5 лет Ира находится в местах лишения свободы. После  вынесения приговора  отправили в женскую колонию ,что в поселке Бозой Иркутской области. Потом этапировали в Хакасию, где сначала находилась в ИК-28 общего режима, недавно перевели в колонию-поселение № 31, где условия более мягкие. Перевод, впрочем, дело не быстрое, и его нужно заслужить.

– За 5 лет у меня не было ни одного нарушения, только грамоты, поощрения, в общем, я делаю всё, чтобы произошла замена не отбытой части наказания, то есть чтобы реальное заключение заменили на домашний арест, часы отработки, ограничения в передвижении, когда уже можно находиться дома, - делится девушка. 

 Ирина отбывает наказание в отряде БС - бывших сотрудников правоохранительных органов. Такие отряды (или целые колонии) созданы для тех, кто раньше работал в полиции, прокуратуре, службе судебных приставов, суде и совершил  преступление. Это нужно для безопасности, чтобы другие осужденные не сделали из человека, носившего погоны,  козла отпущения и не начали мстить за себя и за того парня. Попадают сюда не только сами силовики, но и их родственники, как это случилось с Ириной.

Отряд бывших сотрудников в КП-31 живет изолированно от других осужденных, за высоким забором, который закрывается на замок. Сейчас здесь пятеро осужденных женщин из разных уголков страны. Они стараются создать уют в отведенном для них одноэтажном здании, расставляя повсюду цветы в горшках, сувениры, игрушки. В комнате воспитательной работы коротают вечера, там стоят диван и телевизор. В отдельном помещении расставлены кровати.

Мы общались с Ириной в уютной кухне, стены которой окрашены желто-оранжевым цветом. Здесь есть холодильник, плита, большой обеденный стол. Девушка, в которой сразу чувствуется хорошее воспитание, любезно предложила мне кофе. Солнце радостно заливало кухню, и наша беседа была бы похожа на обычные девичьи посиделки, если бы не бирка на ее груди, напоминающая о том, где мы сейчас находимся.  Выдержанная, рассудительная, с невероятным чувством собственного достоинства Ира делилась своей историей так, как будто пересказывала кинофильм. В психологии это считается лучшим приемом, чтобы критично оценить себя и сделать выводы из последствий собственных ошибок.

Сегодня у Иры выходной. Работает она в столовой, вместе с другими женщинами отряда БС готовит завтраки, обеды и ужины для осужденных, для этого даже получила образование в ведомственном училище УФСИН Хакасии ( выучилась на повара и парикмахера). Говорит, за работой время идет быстрее. А еще скрашивать жизнь за колючей проволокой помогают культурно-массовые мероприятия: квесты, конкурсы красоты, спектакли, КВНы…

 - Но всё равно, - признается Ира, - никакой, даже самый веселый день в стенах колонии  не сравнится с днем на воле.

С парнем, который сначала был для нее принцем на белом коне, а потом втянул в уголовное дело, отношения она уже не поддерживает (он находится в исправительной колонии  в городе Тогучине Новосибирской области).

 - Первое время переписывались, потом поняла, что не могу его простить. Человек не чувствует себя виноватым… Хорошо, что у меня хватило сил и ума не попробовать наркотики… Теперь я знаю, как надо ценить родных  каждый день, и помнить, что легких денег не бывает, что за всё придется платить.

На пальце девушки – кольцо с гравировкой «Спаси и сохрани», подарок родителей.  

 - Это вера, это то, чем я живу, - признается она. - Когда ты лишаешься свободы,  начинаешь разбираться в себе, в том, что для тебя Бог. Думаю, только надежда на то, что он рядом, что он поможет и даст сил всё пережить, спасает меня.

Анастасия ХОМА,

фото автора. №ЧР" №93 от 26 ноября 2019 г.

Новости по теме: