19 марта отмечается День моряка-подводника. Читая, как сражались в войну «щуки» и «малютки», «Катюши» и «декабристы» удивляешься не только смелости, отваге подводников, но и их изобретательности.
Пара примеров из мемуаров контр-адмирала, первого из подводников Героя Советского Союза Ивана Колышкина «В глубинах полярных морей».
НА «ЕРШЕ»
Как-то наша «щука» изрядно насолив врагу, потопив и повредив суда противника, сама получила серьёзную рану. «Булевые цистерны с топливом дали течь. По расчетам, топлива в цистернах, расположенных внутри прочного корпуса, должно было хватить до конца похода.
Но расчеты подвели. Внезапно выяснилось, что топлива больше нет. О случившемся донесли в базу и стали ждать помощи, рискуя каждую минуту оказаться обнаруженными и потопленными. Но что может быть хуже пассивного ожидания?! И матросская смекалка пришла на выручку. Из торпед собрали весь керосин, смешали его со смазочным маслом и на этом «ерше» попробовали запустить дизеля. Получилось. И лодка двинулась подальше от опасного берега».
На фото: Та самая "К-21"
Правда, до базы «ерша» не хватило, но на помощь пришла наша «Катюша» и впервые в морской практике одна подлодка перекачала в море топливо – другой! Как сказал Колышкин: «Это была победа над морем, что иной раз не менее почетно, чем победа над врагом».
ПОДЛОДКА ПОД… ПАРУСОМ!
«Подорвался на мине, хода не имею, погружаться не могу, широта… долгота…», - такую радиограмму дал Колышкин командующему флотом.
А подлодку тем временем сносит течением на берег, где немцы.
«И тут, как часто бывает в безвыходных положениях, вдруг обнаружился выход, на первый взгляд смешной до нелепости, но по здравому рассуждению не лишенный практического смысла. Ведь мы же моряки, черт возьми, а раз так, то почему бы нам не попробовать искони морской способ передвижения по воде — под парусом?! Сшить его можно из дизельных чехлов, а перископ заменит мачту.
— Ну как? — не очень уверенно спросил я у Видяева и Каутского, посвятив их в этот несколько экстравагантный замысел. Глаза у обоих загорелись:
— Здорово! Мы уже об этом думали, товарищ комдив. Нам ведь, главное, хотя бы на десяток миль от берега оторваться. А там что-нибудь еще придумаем.
— Ну что ж, действуйте…
К часу ночи парус был готов. С помощью самодельного рейка мы подняли его на перископе. Перископ и парус! Совершенная оптическая система, прибор двадцатого века выполнял роль простой деревянной мачты для крепления грубого холщового полотнища — судового движителя, известного с древнейших времен. Как ни противоестественно было такое сочетание, оно дало результат. Парус напрягся, и лодка двинулась от берега, влекомая попутным ветром.
Хоть и медленно было наше движение, лаг начал отсчитывать мили. Магнитный компас показывал курс 350 градусов. Восторг был всеобщий и полный. В пятом часу утра от командующего пришла радиограмма. Он сообщал, что на помощь нам направляется «К-22», находящаяся на соседней позиции. Это еще больше подняло настроение…
Теперь парус вызывал величайшее уважение. Как-никак, а мы прошли под ним девять миль. Это было как раз то расстояние, которое давало нам шанс не быть сразу обнаруженными врагом».
На фото: "Д-3" - именно он шёл под парусом.
Фронтовые дневники читала Валентина КОРЗУНОВА
Фото из открытых источников