Помните кадры из старой кинохроники, когда нередко показывали молодых подтянутых гимнастов в смешных шортах, которые замысловато выстраивались в вертикальные пирамиды? Таким же «строительством», по долгу службы, занималась и наша гостья – бывший учитель физкультуры школы №9 Надежда Константиновна Фёдорова. Спортсменке, активистке, красавице недавно исполнилось 94. Разговорились…
- Учитель физкультуры школы №9. Вы правильно выбрали свою дорогу в жизни?
- Без сомнений! Очень довольна, это именно то, что у меня получалось, к чему лежало сердце. Отработала в одной школе – девятой - 53 года. Без учеников не могу жить. Увижу кого-то из бывших моих воспитанников, которые уже сами родители или воспитывают внучат, хочется узнать, как теперь учатся, что делают. А школьники, проходя мимо, если я на улице, делятся со мной новостями, даже танцы показывают – знают, что работала учительницей.
- Вы вели физкультуру, которую ученики по-простому называют физрой. Кто-то любит, кто-то – нет. Насколько важный этот предмет?
- Очень важный. Через физкультуру, через занятия человек становится человеком, воспитывается любовь к Родине, к товарищам, учителям. Это огромная ответственность. Придут, бывало, мальчишки, руки сгибают в локтях – ох, какие они сильные! А маленькие всё-всё расскажут, облепят со всех сторон.
- Послушайте, вы сейчас озвучили то, чем я в последнее время просто болею: «Они товарищами учатся быть». Живём-то в эпоху разобщённости. Наблюдаю за ребятами – беда. Один не за всех, и все не за одного. Откройте секрет, как можно сформировать коллектив, сделать так, чтобы дети росли дружными?
- Один урок ничего не даст. Главное – чтобы ребята собирались в кружках ли, секциях по интересам. И в ходе занятий роль взрослых – незаметно, но настойчиво вести разговоры, вызывать детей на диалог, где-то подправлять их незрелые мысли. Тем самым воспитывать любовь к Родине. Мы готовимся отметить 80-летие Победы. Посмотрите, сколько у нас известных лётчиков, танкистов, пехотинцев - земляков. Так рассказывайте, чтобы дети знали, обращайте внимание на самое важное, ценное. Как-то без лишнего звона, а чтоб запомнилось.
- Сколько лет вам было во время войны?
- Я 1931-го года рождения. Когда началась война, было 10 лет. Вспоминаю, и будто снова жизнь останавливается, душат слёзы. Словно чёрная туча на всех нас опустилась тогда. Помню своих деревенских учителей, с каким уважением они к нам относились, как старались и знания дать, и что-то большее, жизни научить, и досуг устроить. На больших переменах устраивали нам танцы, мы кружились с девчонками - юбки красиво развевались, косы летали, смеялись.
- Это, наверное, называется счастьем – такие моменты.
- Однако учителя были строгие, своё требовали! Вспоминаю учителя русского языка. Как он преподавал! Не смотрел, что я под собой грею голые ноги (обуть-одеть было нечего). Что делать, осенью до школы добегала босиком. А уже холодало, так что, доскакав, как заяц, до парты, садилась греть ступни, поджимая под себя.
В семье было пятеро детей, отец ушёл на войну, мать одна ребятню воспитывала. Страшно вспоминать. Пятеро нас было, и держались один за другого. Все ученики, а писать не на чем. И попробуй коптилку поставь так, чтобы всем светила, и дыши так, чтоб не погасла!
Грамоты, то есть отличной учёбы, сильно не требовали, но преподавали от души. Учителя по литературе мы слушали с открытым ртом.
Я противник того, что сейчас ученики не общаются с бумажными книгами. Что это, тычут в экраны. Понимаю, что время не стоит на месте, что это новое веяние, другие технологии. Но Пушкина никто не отменял, и шелест страниц тоже, будь то книга или газета, дорогого стоит.
- В войну вы учились постоянно?
- Да, кроме сентября, когда работали. Помню, когда была в седьмом классе, сколько мы трудились! И на клетоне…
- Что это?
- Зерно сыплют, проветривают, чтобы было чистым. А если просто складывать в кучу, начнёт гореть. Но мы же были маленькие… Ящик подставим под этот клетон и крутим колесо. Лобогрейка – такая упряжка. Идёт по полю вкруговую, разбрасывает скошенное, снопы падают, а ты должен быстро связывать снопики. Если не связать и не отбросить в сторону, значит, лошади это перетопчут.
Так мы просили повозчика, который управлял лошадью: «Ты помедленнее!»
- Когда пришёл победный май в 45-м, как восприняли долгожданную новость?
- Жили в деревне Вагино Боготольского района Красноярского края. Обнимались, плакали, подпрыгивали. Это была такая радость – словами не описать. Такое нельзя забыть.
- Чтобы стать учителем физкультуры, нужно было учиться.
- Это был праздник, когда поступила в физкультурный техникум в Красноярске в 1948-м. Помню, в одной комнате жили одиннадцать человек. Койки стояли, да буржуйка была. А топили дровами с Енисея, с этих дров вода капала, шипели от огня. Тепло с трудом добывали. Пока согреемся – ох, надрожимся, наёжимся. С едой не знали, как выкручиваться. Не было ничего. Для стирки заказывали номер в бане. Условий - никаких.
В 1951-м году меня направили в «цветущую Хакасию». При распределении кто-то отправлялся на север, кто-то из местных оставался в Красноярске, а меня привлекла фраза о каком-то цветущем крае. Когда меня распределили в школу в Девятом посёлке, здесь неподалёку находилась седьмая шахта, такие были отвалы, так серо кругом, хоть плачь!
- Хакасия с первого взгляда, значит, не очень-то полюбилась.
- Но ни о каких капризах не могло быть речи, приступила к работе. В чести было слово «надо». Начинали учить детей в бараке на Кирова, некоторые учителя (по физике - Ченская, по литературе - Вера Михайловна Горбачёва) приходили на уроки из города пешком.
Вспоминаю Александра Кузьмича Горбунова. Это был настоящий человек с большой буквы. Умел общаться открыто, вежливо, необидно. Не говорил, мол, ты и ты – плохо работаете. Нет, для каждого находил «ключик», какие-то не строгие, а тёплые слова, и дело поправлялось. Мало ли что у кого происходило в жизни, какие были проблемы в послевоенные-то годы! Он, понимая это, не был заносчивым, слишком жёстким, и работалось при нём отменно.
- Каждого педагога наверняка ценил.
- Да! Именно. Был очень хорошим, мудрым руководителем. И директор нашей школы была замечательная - Валентина Михайловна Гуркова. Из учителей помню Новеллу Александровну Карачеву, удивительно тёплого человека Евгению Дмитриевну Маркову.
Только доброе скажу о Георгии Сергеевиче Семикобыле. Он построил посёлок, школы в Девятом посёлке. Фронтовик, честный человек, работал управляющим трестом «Хакасуголь», много строил жилья и социальных объектов, люди чувствовали изменения к лучшему, заботу о себе, о детях. Он любил людей, любил шахтёров, часто бывал в коллективах города. Когда мы занимались в бараке на Кирова, Георгий Сергеевич приезжал туда. Дети облепили его со всех сторон, даже на руках висели. Наверное, почувствовали, что человек добрый. Дети проницательны! Пионервожатая Валентина Петровна Тигунова говорит: «Ребятишки, просите у Георгия Сергеевича новую школу». Они хором давай скандировать: «Шко-лу!» Через некоторое время школа была построена. Вот что значит человек слова и дела, радеющий о шахтёрском городе.
- Вы начали работать в четвёртой школе…
- Которая через какое-то время стала девятой.
- Что важного произошло за эти годы в школе?
- Главное, что отмечу – как дружили между собой учителя! Какие были человеческие, тёплые отношения. Звенел звонок – мы выходили в коридор, обсуждали что-то. А ребятишки не бегали, тихо, спокойно себя вели, друг другу что-то рассказывали, смеялись – было понимание того, что ты не на базаре, а в ШКОЛЕ!
Иногда с учителями собирались по вечерам. О чём говорили? Да опять же об учениках. Как кого-то воспитать, поправить. Почему-то «моими» называли озорников, которые неважно учились, зато обычно рвались в спортзал, были физически активными.
Я и в самом деле их считала своими, всегда защищала, отстаивала, много разговаривала с ними. Речь именно о мальчишках. Девчонки-то обычно прилежно занимались. Да, учились многие из «моих» пацанов неважно, зато душа у них… Надо было понять этих ребят, не отмахиваться, принимать, всеми средствами и силами внушать, что они в чём-то сильнее других. И получались из них, поверьте, такие патриоты, такие люди замечательные.
- Выходит, вы с «вашими» школьниками общались и за рамками уроков, так?
- А как же! С некоторыми уроки делала, как говорили раньше, подтягивала. Писали на теннисной доске формулы по химии, запоминали, повторяли. А иностранные слова карандашом подписывали по-русски. Мне важно было не потерять ни одного. К тому же, надо было, чтобы ребят отпускали на соревнования. Вот я их из двоек, троек и вытягивала. Позанимаемся – я какого-нибудь Серёжку чуть не до кабинета на следующий день веду: «Ты поднимай руку, чтоб тебя спросили»!
С Галиной Борисовной Метелевой до сих пор вспоминаем, как Кузьмин что-то не выучил, так она ему: «Так! Сегодня на физкультуру не пойдёшь!» Он расплакался: «Нет, пустите меня на физкультуру, я всё сделаю».
А ученики начальных классов в какой-то момент, помню, сравнивали меня со своими бабушками: «Вы така-аая. А моя бабушка еле с кровати встаёт». Я им на это объясняла: если у дома неважный, некачественный фундамент, он развалится. Так и с человеком. Нет основы, физкультурной закалки с малых нет – не будет здоровья.
- Вот он, ваш секрет долголетия!
- Да! Малышей с пелёнок надо растить в спорте. Пусть подружатся с любым. А будут взрослеть – найдут то направление, в котором преуспеют. Да ещё в секциях найдут хороших друзей. Если же кто-то будет выделяться недостойным поведением даже в секции, тут задача тренера, учителя объяснить, что не так, разговаривать, доносить нужные, важные мысли.
- Ваши слова – бальзам на душу. Надежда Константиновна, у вас и свои дети какие хорошие! Хирург Владимир Фёдоров, чьё имя гремит по Хакасии, – ваш сын. Знаю человека с диабетом, которая исключительно к нему обращается за помощью, именно у него проводились самые сложные манипуляции. Как же бережно он к ней, обычной, никакой не блатной пациентке, относится! Как он её «нянчит», обследует, способствует тому, чтобы родные люди с человеком на инвалидной коляске были рядом. Видимо, большой души человек. Как вам удалось вот так воспитать детей – сына и дочь Татьяну?
- А мы им дали свободу. Во всём. Честность воспитывали. Вот лежат, допустим, деньги - никто никогда не возьмёт без спроса. И обязанностями нагружали. Муж перед работой сыну скажет: «Вова, ты должен ограду подмести». А я вижу, что он не успевает – уроки, что-то другое по дому, подгоняю его: «Давай быстрее, а то папа придёт, и что?»
Огород поливали вместе. Поначалу дети плохо поливали, но шланг из рук не вырывала, говорила: «Молодцы!», хоть после потихоньку сама добавляла воды, иначе растения засохли бы. Зато ребята, и сын, и дочь, понимали, что помощь по дому необходима, обязательна.
Сыну, уже взрослому, не устаю говорить: «Если кто к тебе в Саяногорск попросится из черногорцев, принимай! Будь человеком, будь добрым».
Дочь Татьяну, которая прошла долгий трудовой путь финансиста, а сейчас – на пенсии, помню, ругали в школе, что она всё больше в спортивном костюме на уроки ходит. А она не одна так себя вела, это они с подружками к секции готовились, как и многие, любила спорт. И конечно, моей помощницей росла. Таковой сейчас и остаётся, спасибо ей большое за заботу!
- То есть вы – где строго к своим ребятам, где – хитростью, где – мудростью, а своего добились. Так?
- Всё надо применять, а самое главное в этом деле – доброта. И ни в коем случае не давать лени захватить детей в плен. Надо требовать. Ненавязчиво, но свои обязанности в доме должны быть у всех.
- Сами по себе, как трава, хорошие дети не растут. Родителям надо прилагать усилия, трудиться, чтоб из детей получились достойные люди.
- И непременно читать книги! Вспоминаю, как Танюха наберёт в библиотеке кучу книг, сложит в авоську. А мне некогда было проверить, читает ли их? (О! Пошёл ученик! – улыбнулась Надежда Константиновна, увидев через окно спешащего в школу парнишку). Помню, попросила библиотекаря: «Поспрашивай её, читает ли? Проверь»! Так она вскоре «отчиталась»: мол, читает ваша дочь, молодчина.
А Володя до того любил читать – закроется одеялом, включит фонарик – и листать, листать страницы, «глотать» книги, одну за другой!
Муж тоже очень любил читать. И классику, и новое.
- Ваши любимые книги – какие?
- Разные! Если выдавались свободные минутки – с великим удовольствием читала, и не знала, что схватить. То ли зарубежного автора, то ли нашего. Чтение – это как вода в жару. Надо и надо. И своим, и не своим детям рекомендовала «Повесть о настоящем человеке» Бориса Полевого. Смотрите, как жизнь повернулась! Снова эта книга из-за ситуации в мире, в стране актуальна.
Мне постоянно не хватало времени. Отрабатывала две смены (учителей было недостаточно) и ещё секции. Домой возвращалась около одиннадцати вечера.
- О вашем спутнике жизни, который, как вы рассказали, любил читать. Мирился ли он с тем, что львиную долю вашего времени занимали чужие дети, ваши воспитанники?
- Он помогал мне! Нужны были палочки для упражнений с лентами – делал их сам. Что-то подлатать в спортзале – тоже он первый помощник.
Прожила с мужем Георгием Андреевичем отлично. Работал много. Придёт со смены, я ребятишек усмиряла, чтоб не будили, давали отдохнуть. Так же и он обо мне беспокоился.
Когда познакомились с ним, это было счастье для меня, что такого встретила человека. Он меня, голодранку из деревни, полюбил, и мы вместе пошли по жизни, сполна понимая друг друга. Можете ли поверить, вот пришла я в школу после учёбы – и заниматься было не в чем! Он одел, обул, никогда не упрекал. Я очень его любила.
- Поделитесь вашими жизненными секретами.
- Не люблю хвалиться, выставлять себя так и эдак. Надо просто жить в ладу с теми, кто рядом. Не ранить людей, стараться быть полезным.
- Да, чего стоит ваш опыт занятий с трудными подростками!
- Я ведь знала, у кого родители пьют горькую, у кого с одежонкой проблемы, и даже с продуктами. Поэтому и старались пацанов «вытолкнуть» со дна на поверхность. Одного мальчишку по утрам в школу собирала сама, было такое, из-за непутёвых мамки-папки. Будила его, сопровождала. Он потом в музыкальное училище поступил, зацепился за жизнь. А сколько я его на хороший лад старалась настроить! В итоге получилось, но я не хвастаюсь, я говорю о его судьбе!
- Как же хорошо, что вы замечали то, что происходит рядом! Наверняка кто-то из учеников пошёл по вашим стопам?
- Да, мои выпускники – учителя физкультуры Лилия Филипповна Разгоняева, Светлана Николаевна Комиссарова, Павел Егорович Кожевников (тренер по волейболу в Железногорске), многие другие.
- Расскажите о знаменитых гимнастических пирамидах.
- Это отдельная песня. Выстраивали ребят в многоуровневую пирамиду, при этом участвовали до 20-ти человек. На счёт выстраивались в первый, второй, третий ярусы. Это было сложно, но очень зрелищно, красиво. И требовало хорошей спортивной подготовки – кто-то должен был держать ласточку, а девочка на самой высокой точке делала шпагат. Это были состязания между школами по спортивной гимнастике. Жаль, фотоаппаратов было немного, не всё запечатлено из того, что хотелось бы показать.
- Выходит, вы сделали ставку на доброе, тёплое, отеческое отношение к воспитанникам. А сейчас многие тренеры не мыслят себя без громких окриков, без того, чтобы одёргивать, ругать, кричать. Оправдывают себя тем, что сейчас «дети такие – другие, неповоротливые, неумелые». Как думаете, без этого всё-таки можно обходиться или такая гипертрофированная строгость – визитная карточка тренеров, которые мечтают об успехах воспитанников?
- Мне было важно, чтобы меня слышали, мой голос, между прочим, называли командирским. Но я не кричала и детей не обижала. Наоборот, лучше приголубить, погладить, поцеловать. И я не одна такая была, речь о целом поколении! Во главе угла были требовательность и любовь.
Из глупостей – помню, что было введено разделение: мальчики чтобы занимались борьбой, а девочки – гимнастикой. Попросила как-то своего ученика, Виктора Шубина, научить меня приёмам борьбы. Всё получалось, научил кое-каким броскам.
- Как видите будущее города, каким оно должно быть? Чего нам не хватает, что надо сделать, чтобы стало лучше?
- В квартире, доме или городе должна быть чистота. Нужно людей воспитывать. А самое главное желание, с юности – строительство большого спортивного комплекса. Чтобы и ребятишки, и взрослые дружили со спортом. Это избавит город от многих бед. Ведь спортсмен – человек дисциплинированный. Хороший стадион получился возле «Сибиряка», много сделано на «Шахтёре» из того, о чём раньше можно было лишь мечтать. Слава Богу и, насколько знаю, угольщикам-помощникам, спасибо за то, что подняли из руин «Уголёк». Для меня была боль, трагедия, когда зал приходил в негодность, разрушался. Хорошо, что теперь у него – достойный хозяин.
В своё время я настойчиво обращалась к руководству школы и города о необходимости строительства спортивного зала в школе для достойного физического воспитания детей (занимались в коридоре школы и на улице). Руководство города все же одобрило инициативу. Строили долгожданный спортзал всем миром. Ученики школы и их родители активно помогали. А когда построили - радости не было предела! Зал был задействован с 8 утра до 11 вечера без выходных. Дети были очень довольны, шли в спортзал, а не оставались предоставленными себе. Этот зал для меня - детище, мечта, которую удалось осуществить.
И ещё. Важно, чтобы дети занимались бесплатно. Тогда охват будет больше, и больше возможностей заметить яркие спортивные таланты, не упустить никого из подрастающего поколения.
Продолжение Надежды Константиновны – два внука, две внучки и восемь правнуков. Наблюдает за ними по интернету, смотрит видео: «До чего техника дошла!» И наказывает родителям малышей: «Воспитывайте как следует!»
Марина КРЕМЛЯКОВА,
фото из архива семьи Фёдоровых