ВЫРВАТЬСЯ ИЗ ПОРОЧНОЙ СПИРАЛИ

64 года назад черногорец Анатолий Букреев приехал в отпуск на родину. В 1962 году Анатолий Васильевич служил командиром подразделения в Мариупольской зенитно-ракетной бригаде. Но отпуск не удался – вскоре офицера вызвали в часть в Кременчуг и через несколько дней вместе с сослуживцами он отправился в морской порт в Николаеве, а затем и на Кубу.

Об истории нашего знаменитого земляка, сыгравшего не последнюю роль в успешном преодолении Карибского кризиса, писал в «Черногорском рабочем» в 2002 году наш коллега Николай Корзунов, впрочем, читателям «ЧР» он был больше известен как Николай Дымов.

Со времени публикации прошло 24 года, с событий Карибского кризиса – 64, а спираль истории, между тем, всё так же кружится над прежними маяками. Вот только в советское время было сложно представить, что Украина перестанет быть частью России, а с 2022 года будут вестись военные столкновения между бойцами украинской армии и российской.

Но, что примечательно, и в том и в другом случае не обошлось без «всемирного оплота демократии и свобод» - США.

Впрочем, на эту тему достаточно информации и по телевидению, и в газетах, и в интернете.

Мне же вспомнилось, что в 1969 году, после седьмой годовщины Карибского кризиса, в свет вышел скромный тираж нового романа Всеволода Кочетова «Чего же ты хочешь». Тираж, повторюсь, был очень скромный, однако шум в среде интеллигенции поднялся до небес. Как только либералы-шестидесятники не издевались над Кочетовым и его романом, как только не ёрничали над диалогами и прогнозами! В конце концов, довели Кочетова до самоубийства.

Вот только читаешь сегодня страницы романа и понимаешь, насколько они были провидческими.

Приведу лишь маленький фрагмент, где Порция Браун – американская журналистка и шпионка, которая приезжает в СССР на шпионском автобусе для, мягко скажем, подрывной деятельности, беседует с белоэмигрантом, приехавшим в Советский Союз.

«Существует весьма стройная программа демонтажа коммунизма, их советского общества. Это, прежде всего, духовный мир, наше воздействие на него. Мы идем по трем линиям. Первая – старики<…> Молодежь! Тут богатейшая почва для нашего посева. <…> Хотя это и очень трудно и сфера нашего воздействия ограничивается главным образом Москвой, Ленинградом, еще двумя-тремя городами, но мы, синьор Карадонна, работаем, работаем и работаем. Кое-что удается. Брожение умов в университете, подпольные журналы, листовки. Полное сокрушение прежних кумиров и авторитетов. Доблесть – в дерзости. <…> Все будет только для видимости, для декорума, за которым пойдет личная, сексуальная, освобожденная от обязательств жизнь. А тогда в среде равнодушных, безразличных к общественному, которые не будут ничему мешать, возможным станет постепенное продвижение к руководству в различных ведущих организациях таких людей, которым больше по душе строй западный, а не советский, не коммунистический. Это процесс неторопливый, кропотливый, но пока единственно возможный».

Кстати, прототипом Порции Браун стала Ольга Андреева-Карлайл – внучка русского писателя Леонида Андреева, жена президента американского ПЕН-Центра с 1974 года Генри Карлайла – очень примечательный факт!

Почему вдруг я перешла от советского офицера, Карибского кризиса к роману Кочетова и его «инсинуациям» в адрес милых демократичных американских журналисток? Так потому, что сейчас, спустя несколько десятков лет, всё вновь повторяется. И наглые военные захваты «самой демократичной державой на свете», и наши мужчины, обычные жители Черногорска и других городов, сёл, деревень страны, борются с неонацистами, и по-прежнему продолжается информационная атака на молодёжь со стороны отнюдь не дружественных стран. И по-прежнему мы стоим на грани ядерной катастрофы.

Свою статью Николай Дымов закончил словами: «Так мы не уважаем свою собственную Историю, так на копейки размениваем бесценное достояние».

Честно говоря, очень бы хотелось, чтобы порочная спираль была прервана. Но это, в лучшем случае, дело будущего…

А сейчас вспомним, как это было в 1962 году, о чем писал «Черногорский рабочий» более 20 лет назад.

Валентина КОРЗУНОВА

"Черногорский рабочий" № 158-1659 от 10.10.2002г.

В ДВУХ ШАГАХ ОТ ТРЕТЬЕЙ МИРОВОЙ

нёс службу участник кубинских событий майор А. Букреев 

Есть люди, которым на себе удалось ощутить тяжелое дыхание Истории, стать причастными к событиям, которые изменили или могли изменить судьбы всего мира. Именно к таким людям можно смело отнести скромного жителя Черногорска майора в отставке Анатолия Васильевича Букреева, который в составе советской группы войск на Кубе своими решительными и умелыми действиями сумел предотвратить в последний момент вполне реальную третью мировую войну.

То, что наша страна стоит на пороге третьей мировой войны, политически развитый Анатолий Букреев ощущал, что говорится, собственной кожей, но он и помыслить не мог, что станет одним из участников событий, которые окажут влияние на судьбу всей планеты. Но тут уж как жребий выпадет. Как говорится, человек предполагает, а начальство располагает.

В том далеком 1962 году он служил заместителем командира подразделения в Мариупольской зенитно-ракетной бригаде. Как раз выпало время летнего отпуска, и он отправился в свою родную Хакасию – благо, для военных проезд в любую точку страны был бесплатным. Именно отсюда его внезапно и вызвали обратно.

 Дело в том, что личный состав для переброски на далекую Кубу подбирали очень тщательно. Выбор пал на Днепропетровскую дивизию, в одном из подразделений которой оказалось вакантное место заместителя командира, на которое и решили назначить Букреева. Так он оказался в Кременчугском полку.

Вкратце напомню суть тех, ставших уже Историей, событий. В начале 1962 года правительству Кубы, которая только-только обрела независимость, стало известно о том, что США готовят вторжение на остров собственных войск вместе с контрреволюционными кубинскими силами.

 Могучий сосед принял решение уничтожить кубинскую революцию и вновь насадить там проамериканское правительство. Все это не очень согласовывалось с интересами руководства СССР, у которого к тому времени сложились достаточно дружественные отношения с кубинцами.

 Фидель Кастро обратился к Никите Хрущеву с просьбой оказать Кубе вооруженную поддержку в борьбе с американской агрессией. После долгих сомнений и обсуждений такое решение советским руководством было принято.

 О том, что на Кубу скрытно отправляется группировка советских войск, в Политбюро знали только пять человек, три человека в Генеральном штабе да считанные люди в КГБ. Именно режим сверхсекретности позволил провести эту операцию скрытно и незаметно.

 Американцы так и не поняли, как на остров, находящийся в 180 километрах от их государственной границы, были переброшены 40 тысяч советских военных специалистов с мощным ракетным вооружением, их хваленая разведка эту «песчинку» попросту проморгала.

 Группировку советских войск на Кубу скрытно перебросили летом 1962 года. Наши военные там укрепились, развернули ракетные стратегические установки и нацелили их в нужном направлении, а американцы об этом узнали спустя несколько месяцев.

 16 октября на стол президента США Джона Кеннеди лег доклад о том, что на Кубе присутствуют советские войска с межконтинентальными баллистическими ракетами и ядерными боеголовками, способными уничтожить страну, которая до сих пор считала себя неуязвимой.

 В Америке началась паника. Кеннеди вместе со своим окружением срочно забился в секретное укрытие, в котором пробыл целую неделю. 22 октября было принято решение объявить Кубе блокаду для того, чтобы не допустить прибытия туда советских кораблей, которые могли бы подвести дополнительные войска, вооружение и продовольствие.

 Для этого мятежный остров окружили двойным кольцом 184 боевых корабля, которые несли свою вахту круглые сутки. Но было уже поздно – ударная группировка советских войск уже прочно обосновалась на Кубе и была готова в любой момент выполнить поставленную перед ней задачу. Недостатка в боеприпасах и продовольствии она также не ощущала.

В южные районы США были перебазированы сотни тяжелых стратегических бомбардировщиков из расчета до трех тысяч самолетовылетов в сутки, что позволило бы уничтожить все живое на острове.

 Но и советской группировке было что противопоставить американцам. Здесь имелись в наличии все виды вооруженных сил, в том числе две дивизии ракет стратегического назначения Р-12 и Р-14 с ядерными боеголовками, а также полк тяжелых самолетов-бомбардировщиков ИЛ-28, способных нести ракеты с ядерными боеголовками и бомбы с ядерной начинкой.

 Председатель Советского правительства Анастас Микоян дважды проводил на Кубе актив для советских офицеров, на которых присутствовал и Букреев. Там он своими ушами слышал, что, по оценке американских экспертов, в случае нанесения по территории США нашей группировкой ядерного удара, она будет отброшена на двести лет в экономическом развитии, будет уничтожено до трети крупных промышленных и политических центров страны. Такую цену Америка заплатить за победу оказалась не готова.

Для начала американцы решили провести тщательную разведку мест дислокации наших войск и числа наступательных сил. Над островом закружили американские самолеты-разведчики. 27 октября Волгоградская дивизия ПВО сбила один из них вблизи американской военной базы Гуантанамо – он упал практически около забора. Американцы сразу же резко сдали назад – они убедились в боеспособности советских войск.

 Президент США поверил, что советская группировка может нанести стране непоправимый урон, и пришел к выводу, что худой мир лучше доброй ссоры, поэтому было принято решение начать с советской стороной переговоры. Да и обстановка в стране была такова, что о военных действиях не приходилось и думать.

 Радио и телевизионный эфир южной части Америки был забит нашими мощными глушителями, поэтому многие американцы знать не знали, война только готовится или она уже началась, все это способствовало возникновению и развитию паники.

 Страна, которая до сих пор считала себя неуязвимой, которая благополучно отсиделась за океаном и в первую, и во вторую мировую войну, на города которой никогда прежде не падала ни одна бомба или ракета, вдруг с ужасом поняла, что виденные ею до сих пор лишь в кинохронике военные кошмары вполне могут стать реальностью и для нее самой.

 Началось паническое бегство из южных районов в пустыню. А жители крупных промышленных центров в спешке побежали в Канаду. Автодороги страны оказались парализованы из-за громадных заторов машин беженцев. За 15 дней гибель людей в автоавариях превысила годовой показатель. А ведь никаких действий нашими войсками еще предпринято не было, пока что была только угроза.

 Все это сделало обычно чванливую американскую сторону достаточно сговорчивой. Советское руководство выступило с жестким требованием, чтобы США отныне и навсегда отказались от вооруженного вторжения на Кубу, а также потребовали этого же от своих союзников из Латинской Америки.

 Американцы, скрепя сердце, согласились на это условие. С тех пор прошло сорок лет, распалась страна под названием Советский Союз, а та давняя договоренность неукоснительно соблюдается. Куба живет спокойно, на ее свободу американцы более ни разу не покушались.

 Наши потребовали также от американцев вывезти и свои ракеты, расположенные вблизи границ с СССР на военных базах в Турции и Италии. США согласились и с этим. Советская сторона в ответ взяла на себя обязательство вывести с Кубы ракетные войска стратегического назначения и бомбардировщики ИЛ-28.

 Всю остальную технику оставили на Кубе, обучив предварительно кубинцев с ней обращаться. В том числе оставили зенитно-ракетные установки, ракеты тактического действия, технику и вооружение для мотострелковых частей. Но это так сказать глобальные события с точки зрения высшего руководства. А вот как все это выглядело на частном уровне.

Когда Букреев прибыл на новое место службы в Кременчуг, все уже было готово к отправке. На следующий же день погрузили на железнодорожные вагоны личный состав и боевую технику и направились в сторону морского порта в Николаеве.

О том, куда едут и зачем, не знал никто, даже командование полка. Предполагали, что будут принимать участие в масштабных воинских учениях. В порту всех отвели на склад и заставили переодеваться в гражданскую одежду, которой там было в изобилии.

 Погрузились на торговый сухогруз «Металлург Байков», причем боевую технику и боеприпасы в основном упрятали в трюмы, а крупногабаритные ракетные установки замаскировали под ящики, накрыли брезентом и установили на палубе.

 В 24.00 сухогруз отдал швартовы. Через сутки проходили уже Босфорский пролив, видели вдалеке сиявший огнями Стамбул. Впрочем, видели только офицеры, которые несли дежурство на палубе, - весь остальной личный состав получил строжайший приказ не покидать трюм.

 Шесть суток шли по Средиземному морю. Дело было в июле, в самую жару, и в трюме, понятое дело, было не очень комфортно. Тем более, что вместо холодильников с собой взяли… валенки и тулупы. Операция носила кодовое название «Анадырь», поэтому решили подстраховаться на случай, если судно в нейтральных водах будет захвачено или досмотрено американскими военными кораблями.

 Время показало, что режим сверхсекретности и предосторожность не были лишними – американцы о переброске войск так ничего и не узнали.

 Когда прошли Гибралтарский пролив и вышли на простор Атлантического океана, капитан корабля пригласил в свою каюту командира полка и Букреева, и в их присутствии вскрыл пакет номер три. Так они узнали о конечном пункте назначения, в который направляется корабль. Так они поняли, что игрушки закончились, - речь шла не об учениях, а о чем-то многократно более серьезном. Хотя ни цели, ни задачи перед ними никто так и поставил.

 Девять суток шли по Атлантическому океану вблизи тропиков. Режим секретности строжайше соблюдался. За трое суток до подхода к Кубе в небе появились американские самолеты, которые кружили над кораблем, точно воронье, но, видимо, так ничего и не поняли.

 Опасались, что вблизи борта вдруг вынырнет из океанской пучины глазок перископа американской подлодки, поэтому офицеры установили на палубе круговое наблюдение. Однако пронесло – подводные лодки их, видимо, проспали.

 На Кубу прибыли к вечеру, высадились на берег. Командира полка, начальника штаба и Букреева усадили в автомашину и повезли к месту дислокации за добрую сотню километров от полка. При себе категорически запретили иметь бумагу и карандаш, делать какие-либо записи.

 За автомобильным стеклом пронеслись незнакомые пейзажи, пальмы и диковинные строения. Наконец прибыли на базу Грамма - бывшее военное училище, которым когда-то командовал сын свергнутого диктатора Батисты. Условия быта оказались вполне приемлемыми.

 Когда прибыли обратно, Букрееву вдруг приказали самостоятельно вести колонну к месту назначения.

 - Как же так, - растерялся он, - вы бы хоть предупредили заранее, я бы дорогу лучше запомнил.

 - Жить захочешь - не заблудишься, - по-доброму утешил его командир.

 Колонну он довел на интуиции, на каком-то шестом чувстве. Не ошибся ни разу, не сделал ни одного крюка. Начались душные гарнизонные будни. Установили зенитную технику, воздушное пространство в нужном секторе оказалось под контролем.

 Как-то ночью пошел Анатолий Васильевич проверять посты и вдруг услышал за спиной непонятное шипение и скрежет. Среагировал мгновенно. Рука сама выхватила из кобуры пистолет, несколько раз выстрелил на звук. Шипение прекратилось.

 Когда подошел поближе, то долго смеялся – вместо неприятеля он застрелил полутораметрового сухопутного краба, который выражал недовольство вторжением посторонних в его владения. Это была первая и последняя жертва майора Букреева на Кубе, больше ему стрелять ни из личного оружия, ни из зенитной установки не пришлось.

Так стояли до октября. Личному составу категорически было запрещено покидать пределы дислокации, и приказ этот строго выполнялся.

22 октября объявили боевую готовность, был дан приказ при появлении воздушных целей открывать огонь на поражение. Поступила также команда вести огонь из зенитных установок по надводным целям, в случае их появления. Короче, советская группировка на Кубе ощетинилась и приготовилась к обороне и нападению.

 К счастью, нажимать на кнопки пусковых установок не пришлось. Готовность советских войск к решительным действиям произвела на американцев должное впечатление, и проблемы была решена политическими средствами.

 А ведь до полномасштабной войны оставались какие-то два шага. Но Советский Союз сумел добиться намеченных целей, сумел заставить США принять его собственные условия, сумел заставить себя уважать и с собой считаться.

 Майор запаса Букреев уверен, что если бы и сегодня пореже поддакивали Америке, а почаще вели себя решительно и твердо в отстаивании собственных национальных интересов, то и считались бы с нами больше, больше бы уважали.

 После успешных переговоров наши войска с Кубы были выведены, но в историю военного искусства наши военные вписали свою незабываемую страницу - ведь под самым носом у могущественного неприятеля к самым его рубежам скрытно была перебазирована целая армия. Такого История еще не знала.

 Когда после отставки майор Букреев прибыл для постановки на воинский учет в Черногорский военкомат, военком долго вертел в руках его документы. «Что это у тебя за место службы такое – Москва-400?» - искренне недоумевал он. Но Анатолий Васильевич вынужден был молчать, так как дал подписку о неразглашении. И только сегодня, наконец, у всех нас появилась возможность узнать правду о тех далеких и трагических событиях, которые приумножили славу русского оружия и престиж страны.

С 19 по 20 октября в Москве будет проходить конференция участников тех событий. Приглашены на нее и трое из девятнадцати ветеранов, проживающих в нашей республике. Среди них и майор запаса А.Букреев. Но вот только не суждено ему нынче побывать в первопрестольной по достаточно банальной причине – отсутствию денег на билеты и на проживание в столице.

 Саяногорские участники кубинских событий таких проблем не знают – там нашли возможность оплатить эти не столь уж великие траты, а в нашем городе героическая судьба Букреева мало кого волнует. А ведь он – единственный из участников, живущих в нашей республике, - офицер, а потому знает о происшедшем гораздо больше любого.

Так мы не уважаем свою собственную Историю, так на копейки размениваем бесценное достояние.

 Николай ДЫМОВ