Любовь Владимировна СУДЬИНА 14 марта отметила 90-летие. Как не навестить, не поговорить с человеком, который вывел в люди сотни школьников, с учителем в третьем поколении.
Дверь Любовь Владимировна открыла сама, и мы, расположившись в залитой весенним солнцем комнате, начали говорить «за жизнь».
- Как вы оказались в Черногорске?
- Родом из села Тигрицкое Минусинского района. В селе была семилетка, так что школу окончила в Минусинске. А после Абаканского пединститута в 1956-м получила диплом и распределение в родное село учителем русского языка и литературы. Два года проработала там, а через пару лет вышла замуж за шахтёра, с которым перебрались в Черногорск. Он в качестве инженера был направлен сюда на строительство седьмой шахты.
- Как познакомились?
- Жили в одном дворе в Минусинске, наши окна смотрели друг на друга, как в песне. Как-то приехала в Минусинск на учительскую конференцию, он был в отпуске, рыбачил на берегу реки. Моя тётя работала воспитателем в детсаду, знала его с детства. Говорит мне: пойдём, там Борис рыбачит, подойдём к нему!
Подошли, я взяла рыбку из ведра, без разрешения, можно сказать, спроказничала, он за мной побежал, потом остановились, разговорились. Позвал в кино – пошли.
Переписывались два года (я работала в деревне), тогда ведь не было телефонов. Встречались во время каникул, когда я приезжала.
Поженились и прожили 46 лет.
- Выходит, удачно вы прогулялись на бережок?
- Очень даже.
- Как важно встретить настоящую свою половину!.. А почему он оказался настоящим?
- Был очень добрым, спокойным, знающим, любил читать. Я почти 40 лет была парторгом, со всеми вытекающими – совещаниями, заседаниями… Он ни разу не упрекнул, не сказал раздражённо что-либо по этому поводу, всё у нас было в полном согласии. А что до книг – зачитывался. Сначала в письмах, а после – лично делились прочитанным, говорили об эмоциях, мнениях о произведениях. При этом у меня было много любимого – каждый автор прекрасен по-своему, а он читал и лирику, и драмы, и трагедии, любил Дюма.
Его нет уже 22 года.
- Как выходили из этой жизненной турбулентности?
- Дети всегда были рядом, они хорошие, внимательные, теперь уже есть четыре внука, четыре правнука. С ними всегда тепло и спокойно. А ещё очень любила работать на даче, что на Опытном. Уедешь туда, к земле, а она, как по волшебству, снимает душевную боль, отвлекает и радует. Забудешься ненадолго, а где и поплачешь, когда никто не видит. Что было делать? Жизнь есть жизнь, никуда не денешься от того, что каждому разные года отмерены.
- В школу в Черногорске устроились без проблем?
- Где там! Заведующий гороно Горбунов во время моего очередного визита так сказал: «Ставьте крест на мечте о преподавании русского языка и больше не приходите» - места в школах были заняты. У многих приезжих типичной была ситуация ровно такая же, как у нас в семье: муж шахтёр, жена учительница, так что с вакансиями в школах было туго.
Сегодняшняя девятая школа была четвёртой, в 60-м году стала девятой. Одна из учителей ушла в декретный отпуск, и я попала на её место - повезло. С 1960-го по 2003-й преподавала в девятой школе – прижилась.
- Именно девятая школа сердце забрала?
- Она. Более сорока лет – там, с учениками и коллективом.
- Каждый в какой-то момент должен сделать выбор – кем быть. Как девчонкой почувствовали, что именно педагогическое направление – ваше?
- Дед по маминой линии был учителем словесности, мама пошла по его стопам, стала учителем русского (а папа преподавал географию). Я в детстве помогала ей проверять тетради, а когда стала студенткой – тем более. Очень нравилось, практика была отменной.
К слову, у мамы брат и сестра – учителя, по другим предметам. Мы как-то рассуждали, что нашей командой, в составе родственников, можно было небольшую школу укомплектовать. Мамина тётя, учитель начальных классов, была в своё время награждена орденом Ленина.
- На ваших глазах Девятый посёлок развивался.
- Когда мы сюда приехали, работали 7, 14, 15, 17 шахты, строилась девятая шахта. Много было грамотных инженеров – знакомых мужа, очень интересно было с ними общаться – интеллигентные, образованные. Шахтёрам давали квартиры. Мы месяц прожили в двухэтажном общежитии – в районе, где сейчас в Девятом посёлке построена часовня. Вот этот дом, где и сейчас живу, сдавался ко Дню шахтёра в 58-м году, нам дали квартиру. Затем вырос дом через дорогу, за ним – следующий. И в городе тоже велось строительство, но здесь, в Девятом, селились, в основном, шахтёры. Жили весело, на День шахтёра посёлок гудел так, что ой, ёй. Официальные мероприятия были в клубе шахтёров, затем расходились по друзьям.
Муж очень любил петь, тогда ведь что ни фильм – то незабываемые песни, танцы. Работали все на славу, но и отдыхали от души.
Семьи начинали подрастать, на всё хватало сил – на детей, тетради, общественную работу, быт. А из «техники» - стиральная доска! Бывало, сына забирала из яслей, отправлялась с ним вечером на совещания.
А что касается школы, она изначально располагалась в здании сегодняшней музыкальной школы. Лишь в 1981-м году переехали в новое здание, где школа находится сейчас. Встретил необыкновенный, очень ожидаемый простор – у нас было 900 учащихся, в старой школе работали в две смены, даже раздевалка размещалась в подвальном помещении. К тому же, не было спортзала, уроки физкультуры зимой проводились в коридоре. Учитель Надежда Константиновна Фёдорова умела держать дисциплину так, чтобы её уроки не мешали проводить занятия в классах, представляете себе такое? А позднее всем миром строили спортзал – бетон мешали, кирпичи подавали…
- Чем сейчас занимаетесь в свободное время?
- Читаю, но не столько, сколько хотелось бы – возможности глаз не безграничны. Разгадываю кроссворды, заглядываю в ноутбук, чтобы следить за новостями, ищу стихотворения, которые подзабуду. Очень люблю Некрасова.
На днях вспомнила стихотворение «Утро» Ивана Никитина:
Звёзды меркнут и гаснут. В огне облака.
Белый пар по лугам расстилается.
По зеркальной воде, по кудрям лозняка
От зари алый свет разливается.
Дремлет чуткий камыш.
Тишь — безлюдье вокруг.
Чуть приметна тропинка росистая.
Куст заденешь плечом — на лицо тебе вдруг
С листьев брызнет роса серебристая.
Потянул ветерок, воду морщит-рябит.
Пронеслись утки с шумом и скрылися.
Далеко-далеко колокольчик звенит.
Рыбаки в шалаше пробудилися.
Сняли сети с шестов, вёсла к лодкам несут…
А восток всё горит-разгорается.
Птички солнышка ждут, птички песни поют,
И стоит себе лес, улыбается.
Вот и солнце встаёт, из-за пашен блестит,
За морями ночлег свой покинуло,
На поля, на луга, на макушки ракит
Золотыми потоками хлынуло.
Едет пахарь с сохой, едет — песню поёт;
По плечу молодцу всё тяжёлое…
Не боли ты, душа! отдохни от забот!
Здравствуй, солнце да утро весёлое!
- Стихотворение красивое, для запоминания – не из простых!
- Вспоминаю многое из поэзии. Ещё стихи Ларисы Рубальской люблю. «Ах, жизнь моя! Не старь меня, не старь... Я на себя итак уж не похожа!»
А вот очень актуальное, Константина Фролова-Крымского:
Милые заморские соседи,
Сытые, вальяжные, как боги,
Не будите русского медведя.
Пусть он мирно спит в своей берлоге…
Длинное стихотворение, но я выучила – переживаю за то, что происходит. Думаю, что многие в мире потеряли рассудок и не думают о детях, о близких.
Своими детьми, внуками горжусь. Все с образованием, Ирина имеет инженерное образование, но в девяностые нужно было выживать, так появился их с супругом магазин «Садовод» на Дзержинского. А сын, Игорь Борисович Судьин – директор Хакасского протезно-ортопедического предприятия. Молодцы, стали достойными людьми в непростых обстоятельствах. Не пошли в учителя, ну да ладно, у них свои дороги.
- Как воспитывали детей, что стараетесь вложить во внуков?
- Словами не воспитывали никогда, понимая, что личный пример действует гораздо сильнее, эффективнее. Мы оба труженики, а что до отношений, дома никогда не было скандалов, грубости. Было – внимательное отношение друг к другу и родителям. А ещё – трудолюбие, и без всяких наставлений. Дети учились хорошо, старались. То же самое скажу о внуках. У правнуков – свои достижения. Любят книжки, для меня это бальзам на душу.
- На ваших глазах менялась школьная программа, как это видели, как оцениваете.
- Когда начинала работать, программа была стабильной. Однако ближе к девяностым годам начались преобразования, какие-то кульбиты. Я не против зарубежной литературы, но в программе, к примеру, из «Дон Кихота» испанца Сервантеса – всего две главы, из «Айвенго» британца Вальтера Скотта – тоже две. Что они дадут детям? При этом многие произведения, прекрасные для воспитания, убрали. К примеру, Гайдара.
- Тимур и его команда, по сути, сегодняшние волонтёры!
- Невестка работает учителем русского языка и литературы в пригорской школе, когда называет произведения для изучения, диву даюсь. Потому что любой текст рассматриваю, прежде всего, под углом воспитательной ценности. Понимаю: что-то устаревает, появляется новое. Но учитель должен иметь возможность на что-то обратить внимание ребят! Вспомните «Русский характер» Алексея Толстого, «А зори здесь тихие» Бориса Васильева. Там что ни строчка, то цитата, то жизненный урок. Должен быть материал, на котором можно воспитывать, это очень важно и актуально во все времена.
- Когда вы ушли из школы?
- В 2003 году. Может быть, дольше бы продержалась, но заболел муж.
- У вас наград – не счесть. А что из себя представляла премия Крупской?
- Получила за успехи в обучении ребят, все оценки труда учителя – через воспитанников! Это была денежная премия 200 рублей, вручили в 85-м году.
- Что приобрели, не секрет?
- Купила очень красивую ткань на блузку и книги. Мы с супругом приобретали много книг, они стоили не дёшево, но средств не жалели.
- Ребят-выпускников вспоминаете?
- Да, конечно, рада, что это, в основном, состоявшиеся, целеустремлённые люди. Некоторые пошли по моим стопам, стали учителями. Много инженеров, есть те, кто пошёл в медицину. Не зря, значит, мы старались, работали.
- Почему с какого-то времени в моду вошло репетиторство? Я училась – такого не было, экзамены сдавали с одноклассниками хорошо.
- Полагаю, многие не понимают сути ЕГЭ, сами страшатся и пугают детей. Но если школьник чётко знает правила, ничего страшного нет. Так что если ко мне обращались по поводу дополнительных занятий, проверяла, насколько хорошо школьник знает русский язык, правила. И начинала работать с пробелами. Получалось удачно. Но предупреждала: не думайте, что если пришли к репетитору, то вам насыплют знаний, будто в сундучок. Нет, без труда, делала на это упор, ничего дать не смогу, не научу. Нужно много работать, вникать, учить.
- А кто такой учитель, на ваш взгляд, что скажете с высоты лет?
- Советчик и друг. К тому же, очень хорошо, если педагог вызывает у ребят доверие. К слову, у меня такой характер, который не позволяет повышать голос. А проблем с дисциплиной, острых конфликтов не было.
Первое время часто, в случае необходимости, приглашала родителей. Вскоре изменила тактику, потому что взрослые нередко начинали обвинять учителя: у них-то ребёнок золотой, а вот вы недооцениваете… Оставляла ученика, садились рядышком, беседовали и всё шло нормально.
- Ребятам во все времена не хватает внимания.
- Да, именно так. Помню, вела урок в девятом классе, на последней парте сидел парнишка и щёлкал семечки. Подмывало меня сделать замечание при всех, но сдержалась, а по окончании урока спокойно попросила его: «Серёжа, подойди, пожалуйста». И предложила: «Убери-ка там всё, что ты оставил». Дала ему веник, совок. Так он потом готов был каждую перемену возле меня быть. А если бы накричала, наверняка был бы обратный эффект. А у некоторых ребят, не секрет, в семьях, дома непорядок. Как-то одна маманя пьяная пришла: «Ой, у меня разтакой плохой сын!» Я ответила: «У вас прекрасный сын». Хотя он не очень был прекрасным, но пришлось таким образом встать на защиту парнишки. Я всегда за них, за своих учеников.
Когда приехала в деревню работать после института, мне дали класс с учениками на два года моложе меня. Парни-колхозники высокие, симпатичные. Очень боялась, справлюсь ли, но с дисциплиной не было проблем. Сейчас иногда думаю: последние бы мои умения, наработки – да на тех учеников. У них была такая тяга к учёбе! Когда я первый диктант провела, из двадцати человек было лишь две двойки, остальные единицы. Столкнулась с полнейшей безграмотностью. Что ж, поставили задачу изменить ситуацию к лучшему. И они меня караулили: как только выдавалось «окно», садились заниматься, такой был настрой. А жили ребята на заимках, поэтому до субботы находились в интернате, в выходной же уходили домой на лыжах и преодолевали путь в 18 километров. А если был намечен вечер танцев ли, песен, стихов – приходили и по воскресеньям. В классе был мальчик, который играл на гармони – было весело. Танцевали, веселились от души. Очень дружно жили.
- Ощущаете себя долгожителем?
- Страшно сказать – 90 лет.
- Но, как в стихотворении Рубальской, душа-то молодая.
- Молодая!
- Долгожителей принято спрашивать, как себя поддерживают, что делают для здоровья.
- Я долгое время делала так называемую тибетскую гимнастику, в основном она выполняется лёжа. Но что-то стала лениться. А питание – наши местные ягоды, фрукты. Очень любила стряпать, и сейчас иногда балую родных и себя.
- Вот и на юбилей побалуете.
- Главное – увидимся, наговоримся и долго будем сидеть за праздничным столом.
Марина КРЕМЛЯКОВА, фото автора и из архива Судьиных