Уже не раз отмечала, читая воспоминания фронтовиков, как они любовно, бережно относились к собакам. Конечно, не везде, не всегда была такая возможность, но если вдруг удавалось найти щенка, пристроить его в роту или батальон, то за небольшим исключением, все старались поиграть с мохнатыми ребятами. Ведь в жёстких боях, в тяжёлых и физических, и моральных условиях – животные давали прекрасную психологическую разрядку. Дарили тепло и ласку, весёлые минуты и трогательные эпизоды.
Жаль, что трижды Герой Советского Союза Иван Кожедуб встретился с отличной мохнатой компанией, лишь, когда его перевели из 14-й гвардейской дивизии в 176-й гвардейский полк. Почему жаль? Да потому, что дважды Герой Советского Союза Кирилл Евстигнеев, памятник которому установлен в сквере «Крылья Победы», остался на прежнем месте службы и в своих воспоминаниях уже не смог написать о Зорьке, Кнопке и других зверятах.
Лишь несколько фрагментов из книги Ивана Кожедуба «Служу Родине», но какие они говорящие!
На фото: Иван Кожедуб и Кирилл Евстигнеев
Итак, Иван Кожедуб впервые в новом полку:
«Оглядываюсь — к нам подбегает косматый круглый медвежонок. Глазки у него весело блестят. Он переваливается и посапывает. Я от удивления останавливаюсь. Лётчики хохочут.
— Это, наш любимец, баловень, — говорит Чупиков, поглаживая медвежонка по широкому лбу.
Медвежонок словно понял, что разговор идёт о нём, завертелся и встал на задние лапы. Он был по пояс командиру.
— Ну-ну, потом будем бороться, сейчас некогда… Зорька у нас озорница, но бывает и послушной. Смотрите, просит у вас угощения…
Зорька подкатилась ко мне, и тычется влажным носом в руку.
— Товарищ капитан, угостите её, — говорит Титоренко, вынув из кармана кусок сахара. — Для неё все в карманах таскают угощение.
Зорька осторожно слизывает сахар с моей ладони и ложится на траву.
На фото: И. Кожедуб (слева) с сослуживцем А. Бакланом и медвежонком Зорькой
***
— У неё «налёт» большой, — говорит Чупиков. — Она перелетает с нами на пассажирском самолёте «Ли-2» с аэродрома на аэродром. Прекрасно знает распорядок нашего дня, ходит с нами в столовую и ведёт себя там примерно. Подобрали её в карельских лесах совсем маленькой. У нас есть ещё зверушки. Кто-то принёс раненого зайца, вылечили его, и теперь он у нас совсем ручной. Один из лётчиков где-то подобрал ворону с подбитым крылом. Хочет научить её разговаривать. Она кричит «кар, кар», а он радуется: «Слышите, ребята, как говорит!» Вот и Кнопка явилась. Сейчас будет спектакль…
Чёрная собачонка, поджав хвост, стоит поодаль от Зорьки. Медвежонок разлёгся, косо поглядывает на неё и сосёт лапу.
— Хитрит Зорька! — смеётся Чупиков.
Кнопка, постояв в нерешительности, тявкает, срывается с Места и, семеня, пробегает перед носом Зорьки. И тут Зорька хватает её. Кнопка пронзительно визжит.
— Медвежонок её придушит! — говорю я. — Надо вызволить!
— Нет, смотрите, как осторожно держит. А визжит Кнопка от страха. Зовёт на помощь. А потом опять лезет в «бой».
К Зорьке подбегает майор Титоренко и вытаскивает из её пасти Кнопку. Собачонка лижет ему руки и дрожит с перепугу, а Зорька ворчит.
— Ну, чего лезешь, глупая! Ступай на место… А ты и рада, разворчалась, драчунья!
Лётчик спускает Кнопку на землю. Она жмётся к его ногам и вдруг, задорно тявкнув, кидается на медвежонка. Тот шлёпает её лапой, и Кнопка отлетает в сторону.
Все хохочут.
— Вот дерзкая собачонка! Очнуться не успела и уже атакует.
На фото: Иван Кожедуб и любимица полка
***
…Титоренко и я пришли в свою комнату, зажгли свет. На одной из постелей кто-то лежит, накрывшись с головой одеялом. Посмотрели — да это Зорька! Положила голову на подушку и мирно спит.
Мы так хохотали, что прибежали лётчики из других комнат. Стали будить медвежонка. Он ворчит, лапами отмахивается и ни с места. Осторожно стащили его и положили под койку. Зорька поскулила немного, видит — делать нечего, и снова заснула.
***
Едем на аэродром. Медвежонок примостился на крыше кабины — он тяжёлый, его не сдует. Вид у него важный, словно он понимает, что едем по делу. До аэродрома ещё далеко, но Зорька уже почуяла запах бензина, масла, краски, особый, волнующий запах лётного поля. Воздух, набегая, щекочет ей нос. Она вертит головой, ворчит, возится.
Подъехали. Медвежонок бросился к командному пункту, обежал его несколько раз и тогда только успокоился.
Так каждое утро Зорька приветствует аэродром.
***
Конференция закончилась, но мы ещё долго не расходимся, продолжаем оживлённо беседовать. Вдруг со стороны КП раздаётся грохот. Все вскакивают. Оглядываюсь: упала маскировочная ветвистая ель.
— Это Зорька свалила маскировку! — кричат лётчики. — Только бы медвежонок не разбился!.. Товарищ командир, разрешите посмотреть?
Чупиков разрешает. Я иду тоже: забавный, ласковый, озорной медвежонок стал и моей слабостью. Часовой — молодой боец — смущённо рапортует Чупикову:
— Товарищ командир! Я не досмотрел, как медвежонок на дерево залез. Слышу — ветки трещат. Подбежал, а ёлка в сторону от меня качнулась и упала.
Лётчики собрались вокруг КП. Из-под длинных косматых веток как ни в чём не бывало вылезла Зорька; она отряхивается и весело поглядывает на нас.
***
После изнурительного лётного дня мы едем на отдых в посёлок. У нас во дворе живёт рыжий пёсик. Зовут его Джек. Сначала он побаивался Зорьки, скулил, когда она появлялась, забивался в угол. Но когда медвежонок решил расправиться с ним, как с Кнопкой, Джек зарычал и вцепился Зорьке в ухо — нашёл уязвимое место. Медвежонок взвыл и бросился наутёк. Несколько дней они выжидающе поглядывали друг на друга. А как-то утром я увидел умилительную картину: медвежонок спит, а рядом, положив голову ему на лапу, дремлет Джек.
Мы стали брать Джека с собой на аэродром. Он первый выскакивал из машины и вместе с Зорькой носился вокруг самолётов. Пёс был сообразительный, аккуратно брал свою порцию, съедал её в сторонке, быстро научился служить. Забавная была парочка — Зорька и Джек! Неуклюжий медвежонок и юркий пёсик спешат по аэродрому в столовую. Зорька сопит, переваливается, а Джек семенит, хвост у него кренделем. Джек подскочит, шаловливо куснёт за ухо медвежонка, тот замахнётся лапой, и начинается борьба. Потом, видимо, спохватятся и мчатся наперегонки в столовую.
Собираясь в обратный путь, прихватили с собой и Джека — хозяйка нам его подарила. Мы погрузили всё своё «хозяйство» в «Ли-2», тепло попрощались с лётчиками и полетели «домой».
Книги читала Валентина КОРЗУНОВА,
фото из открытых источников
